Юсупов мансур равилович биография

Коррупционный комплекс строительного комплекса

Юсупов мансур равилович биография

Этот человек знает о взятках и коррупции всё. И не из учебников, а на практике. Знакомьтесь – Мансур Равилович ЮСУПОВ, руководитель Дирекции по противодействию коррупции и обеспечению экономической безопасности Московской торгово-промышленной палаты (МТПП), Председатель Московского антикоррупционного комитета при МТПП (МАКК при МТПП). Сегодня М.Р. Юсупов – гость нашей редакции.

– Неужели коррупция достигла таких масштабов, что для противодействия этому явлению потребовалось создавать специальный орган?
– Вот вам последние данные: только на взятки ежегодно расходуется свыше триллиона долларов! И это только на взятки, тогда как коррупция сопровождается рядом других преступлений, прямо запрещённых Уголовным Кодексом РФ. Среди них, например, ст. 291 – Служебный подлог; ст. 285.1 – Нецелевое расходование бюджетных средств; ст. 285 – Злоупотребление должностными полномочиями; ст. 303 – Фальсификация доказательств и другие преступления.

– Почему только сейчас начинается борьба с коррупцией?
– Такая борьба велась всегда, просто само общество сегодня начинает всё более нетерпимо относиться к явлению, представляющему реальную угрозу существованию государства.

Это не только чисто российский социальный феномен – против коррупции ведётся серьёзная борьба в США, странах Западной Европы, скандинавских странах, Китае, Индии, Сингапуре… Кстати, самая коррупционная страна в мире – Сомали, а в числе самых благополучных в данном отношении стран – Новая Зеландия, Дания, Норвегия, Швеция и Финляндия.

В конце прошлого года Международная антикоррупционная организация Transparency International выпустила новый доклад по уровню коррупции в 182 странах мира. Россия в индексе восприятия коррупции за год поднялась со 154-го на 143-е место.

Надо сказать, что первые упоминания о взятках относятся ещё к третьему тысячелетию до н.э.

Суровое наказание за взяточничество предусматривалось ещё законами Хаммурапи, царя Вавилона (четыре тысячи лет назад). Коррупция (от лат.

corruptio – подкуп) в справочной литературе трактуется как подкупность и продажность общественных и политических деятелей, а также государственных чиновников и должностных лиц.

Да и лексика всех народов указывает на крайне негативное восприятие данного явления.

Кстати, в древнерусских азбуковниках взятка называлась словом «понос», от слова «нести», откуда и название средневекового коррупционера – несун.

Древнейшие слова ярко характеризуют существо явления – это застарелая болезнь органов власти. Если общество теряет иммунитет к разъедающей заразе, государство распадается.

– И как же проявляется эта социальная болезнь?
– Нами разработаны коррупционные модели, учитывающие зарубежную и отечественную специфику. Но сейчас лучше рассказать о наиболее распространённых симптомах.

Наиболее типичный – это когда чиновник, обязанный по закону принять определённое решение по отношению к некоторому лицу (скажем, выдать лицензию на какой-либо вид бизнеса), создаёт для этого искусственные незаконные преграды, он тем самым понуждает своего клиента к даче взятки, что часто и происходит.

Практикуется ещё одна типичная схема. Должностное лицо принимает противоправное решение, из которого извлекает выгоду вторая сторона (например, фирма, обеспечивающая себе благодаря этому решению государственный заказ вопреки установленной процедуре), а само должностное лицо получает незаконное вознаграждение от этой стороны, так называемый «откат».

Наконец, практикуются ситуации, когда чиновника вынуждают под давлением, при помощи шантажа и т.д. принять незаконное решение. Обычно это случается с уже затянутыми в преступную деятельность чиновниками, которые, поддаваясь давлению, фактически получают одну простую выгоду – их не разоблачают.

Полезно различать верхушечную и низовую коррупцию. Первая охватывает политиков, высшее и среднее чиновничество и сопряжена с принятием решений, имеющих высокую цену (формулы законов, госзаказы, изменение форм собственности и т.п.).

Вторая распространена на среднем и низшем уровнях и связана с постоянным, рутинным взаимодействием чиновников и граждан (штрафы, регистрации и т.п.).

Связка этих двух видов особо опасна, поскольку свидетельствует о переходе коррупции из стадии разрозненных актов в стадию укореняющихся организованных форм.

Упомянем о коррупции в негосударственных организациях, наличие которой теперь признаётся специалистами.

Сотрудник организации (коммерческой или общественной) также может распоряжаться не принадлежащими ему ресурсами, он использует возможности незаконного обогащения при помощи действий, нарушающих интересы организации, в пользу второй стороны, получающей от этого свои выгоды. Очевидный пример из российской жизни – кредиты, получаемые за взятки в коммерческих банках под проекты, цель которых – изъять деньги и исчезнуть.

– Другими словами, иные саморегулируемые организации взяли на себя коррупционные функции?
– Повторю, что в анатомии коррупции наши специалисты разбираются достаточно неплохо.

К сожалению, утверждённый Градостроительным кодексом новый механизм негосударственного регулирования строительства позволил развиться огромному количеству злоупотреблений.

Часть из них мы ещё предсказывали несколько лет назад: торговлю компаниями, злоупотребления в сфере предоставления допусков и многое другое.

Регулированием в строительном комплексе недовольны как сами участники рынка, так и сами власти.

Значительная часть нареканий вызвана злоупотреблениями со стороны саморегулируемых организаций: неконкурентные условия для малого и среднего бизнеса, поборы при вступлении в СРО, появление теневого рынка продажи и перепродажи допусков на строительные работы, членства в СРО, формирование нового вида коррупции общественных организаций и т.д.

– Вы можете привести примеры эффективности вашей борьбы с коррупцией?
– Да, практически ни одно из обращений к нам, в Дирекцию по противодействию коррупции и обеспечению экономической безопасности Московской торгово-промышленной палаты, а также в Московский антикоррупционный комитет и его представительства (в столичных округах) не остаётся без ответа и должного реагирования. Мы проводим антикоррупционную экспертизу ситуаций, далее по выявленным фактам вполне действенно работают компетентные правоохранительные органы. Поэтому граждане России, сами предприниматели могут быть вполне уверены: их интересы надёжно защищены. Но, в связи с деликатностью рассматриваемых вопросов, мы стремимся действовать исключительно осторожно, ведь могут пострадать и интересы заявителей, которых коррупционеры пытались затянуть в свои грязные сети. Это же ведь типичная схема!

Да, я хочу сообщить вам о том, что с апреля текущего года начал выходить в свет информационно-аналитический журнал «Вестник Московского антикоррупционного комитета при МТПП», на страницах которого мы публикуем различные материалы, непосредственно связанные с деятельностью нашей Дирекции и Антикоррупционного комитета.

– Ваши слова о развитии коррупции в нашей стране вызывают тревогу.

Скажите, Мансур Равилович, вот вы, как давний автор и читатель нашего журнала, замечаете ли признаки коррупции в статьях, интервью и материалах, с которыми выступают на наших страницах руководители предприятий строительного комплекса?
– Сам факт того, что руководитель компании гласно выступает на страницах популярного издания свидетельствует только о том, что он стремится привлечь внимание общества к инновациям, возможностям и ресурсам своей компании.

Гласность, прозрачность – это качества, которые особенно ценятся. Тем более, что руководители компаний наглядно показывают, за счёт чего они добиваются успехов. Могу профессионально сказать, что вероятность коррупции в действиях таких компаний минимальна.

Другая же часть рынка добивается своего «успеха» противоположными способами – келейными, в узком кругу или системах круговой поруки, при покровительстве облечённых властью чиновников, благодаря родственным связям и т.д. Именно это и осуждается гражданским обществом.

– Благодарим вас за содержательную беседу, Мансур Равилович! И напоследок – что нужно делать, когда мы сталкиваемся с проявлениями коррупции?
– Не молчать! Мы будем только рады, если к нам обратятся те, кто даже предполагает о коррупционных проявлениях. Ведь вместе мы сильнее и только вместе рассчитываем победить то социальное зло, которое сейчас разъедает основы нашего государства.

Московская торгово-промышленная палата
тел./факс: 8 (499) 132 0010
e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
www.mostpp.ru

Источник: https://www.to-inform.ru/index.php/arkhiv/item/%D0%BA%D0%BE%D1%80%D1%80%D1%83%D0%BF%D1%86%D0%B8%D0%BE%D0%BD%D0%BD%D1%8B%D0%B9-%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%BF%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81-%D1%81%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%B8%D1%82%D0%B5%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%BE%D0%B3%D0%BE-%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%BF%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0

Мансур Юсупов: мы боремся с коррупцией, а не с государством

Юсупов мансур равилович биография

Московский антикоррупционный комитет при МТПП в среду, 28 мая, провел в здании Торгово-промышленной палаты РФ заседание, посвященное пятилетнему юбилею комитета.

На данном мероприятии предполагалось подведение «итогов деятельности МАККа за 5 лет».

Корреспондент «Первого Антикоррупционного СМИ» попросил сопредседателя комитета Мансура Юсупова рассказать, чего МАКК добился, с какими проблемами столкнулся, и какие задачи по противодействию коррупции ставит.

— Мансур Равилович, скажите, с какими проблемами Вы сталкиваетесь при оказании помощи обратившимся к вам предпринимателям?

— С формализмом, бездушием, равнодушием некоторых организаций, особенно органов полиции. В целом, у нас наложены очень хорошие отношения с Прокуратурой города Москвы и с региональными органами прокуратуры.

Мы вышли на другую стадию, мы уже сейчас межрегиональная общественная организация, трансформировались в национальный комитет.

Сейчас мы открыли общественное представительство в Крыму, вышли на контакт с новым руководством Крыма, там разворачиваем эту деятельность. Также общественное представительство открыли в Симферополе. В Севастополе открываем.

По регионам в ближайшее время планируем – Новосибирск, Хабаровск, Амурская, Самарская области и другие регионы, будут открыты представительства.

Сейчас мы разворачиваем не только узкую антикоррупционную деятельность, но мы уже разворачиваем обеспечение общественного контроля, в том числе, общественного антикоррупционного контроля.

— Ну, а у предпринимателей какие проблемы?

— Чаще всего обращается малый бизнес, чьи права были нарушены. Это наиболее уязвимая группа, потому что у них нет возможности содержать юридические службы, нет возможности выстраивать защиту, поэтому они обращаются к нам.

— Помочь им получается?

— Мы от них принимаем заявление, делаем экспертное заключение. В разных случаях действуем по-разному: привлекаем правоохранительные органы, либо исполнительные органы власти Москвы для защиты законных прав и интересов предпринимателей.

Не всегда все получается, но все же большинство обращений мы до логического завершения доводим. По многим обращениям возбуждались уголовные дела, либо наоборот выносились отказы в возбуждении уголовных дел.

— Какие возникают проблемы при оказании помощи предпринимателям?

— Главные проблемы – это равнодушие в большей степени органов полиции. Это формальные отписки, непринятие мер. Когда мы изучаем поступивший материал и устанавливаем очевидное нарушение законных прав, видим, что черное – черное, белое – белое, и начинаем пояснять правоохранительным органам, особенно полиции, а в ответ получаем формальные описки, нежелание работать.

— Как удается пробить это «равнодушие»?

— Через прокуратуру.

— Какие еще у Вас существуют стратегические партнеры по оказанию помощи предпринимателям?

— В основном, сейчас все общественные организации хотят заключить с нами соглашение о взаимодействии и сотрудничестве, потому что они видят, что мы реально что-то можем делать в этом направлении, у нас есть реальные результаты. Партнеры – это Московская коллегия адвокатов, главный партнер – это Департамент региональной безопасности противодействия коррупции города Москвы, мы с ними работаем в очень тесном контакте.

https://www.youtube.com/watch?v=iVPk9_ya-pk

Мы работаем с комиссией по безопасности Мосгордумы, которую возглавляет Святенко Инна Юрьевна (также она возглавляет наблюдательный совет МАККа). Ну, а Прокуратура города Москвы – это основной партнер, через которого мы пробиваем каменную стену бездушия, равнодушия и беззакония.

— У вас юбилей, 5 лет МАККу, перечислите кратко 5 итогов работы комитета.

— Первое – это 10 направлений работы, охватывающей весь спектр антикоррупционного законодательства. Мы это все развернули. Это прием обращений по горячей линии, антикоррупционная экспертиза и разъяснительно-просветительская работа.

Важный момент – это издательская работа: мы издаем методические рекомендации, монографии на антикоррупционную тематику; самое значимое – это первый учебник РФ («Противодействие коррупции в РФ», — прим.

ПАСМИ) под нашим авторством; у нас свой орган СМИ – издаем журнал «Вестник». Вот конкретный результат.

И потом, мы не оппозиционная организация, мы — организация с инициативной гражданской позицией, поддерживающая инициативу президента.

— Но ведь борьба с коррупцией — это не всегда политика.

— Мы боремся с коррупцией, а не государством. Мы государство поддерживаем в этом направлении.

— Из всех обращений к вам — с чем связаны их основные потоки?

— Во-первых, жалобы идут на неправомерное проведение аукционов, тендеров различных; на неправомерные проверки со стороны УФНС (Федеральная налоговая служба, — прим. ПАСМИ); неплановые, неправомерные проверки со стороны органов полиции. Это основные.

— С начала года госзакупки регулирует 44-ФЗ, в котором много осталось из прежнего, 94-ФЗ. Вы как его оцениваете?

— Сейчас положительное в этом направлении, в тендерной политике, это повсеместное введение независимых наблюдателей, независимых экспертов.

Сейчас к нам идут обращения, чтобы эксперты МАККа участвовали на тендерах, чтобы обеспечить открытость и не допустить там коррупционной составляющей.

Когда там появляется независимый эксперт нашего комитета, там уже совсем по-другому работа ведется, там сложно будет договориться, и «междусобойчики» уйдут в историю.

— Последний вопрос. Какие дальнейшие задачи себе ставит комитет?

— Задачи – расширять эту деятельность по всей России и уходить в регионы. Тем более регионы сами обратились к нам для открытия у них представительств.

Беседовал Денис Балашов

Источник: https://pasmi.ru/archive/106916/

Генерал МВД Мансур Юсупов: «Умереть в России стало гораздо сложнее, и это хорошо»

Юсупов мансур равилович биография

В открытом доступе появилась статистика смертности в РФ от внешних причин.Эти данные, хотя и остаются тревожными,говорят о существенном снижении показателей криминала в России.Чем это обусловлено? Корреспондент «НИ» Ирина Мишина взяла интервью у генерал-майора МВД в отставке,члена ОС Прокуратуры Москвы Мансура Юсупова.

– Мансур Равилович, вы работали в системе МВД начиная с 70-х годов, прошли путь от постового милиционера до начальника Управления МВД. То, как менялась статистика смертности от внешних причин в нашей стране, вы, вероятно, могли наблюдать своими глазами.

Если верить последним данным, смертность от внешних причин в России снизилась с 368 тысяч человек в год (это данные за 1994 год) до 128 тысяч в 2019 году. Число смертей от убийств сейчас ниже, чем в спокойном 1962-м году и в 8 раз ниже, чем в 1994 году.

Чем вы можете это объяснить?

– Это объясняется двумя причинами. С одной стороны, фактически все подъезды домов, магазины, все городские организации оснащены камерами наружного наблюдения. Все просматривается с нескольких камер.

Быть незамеченным сейчас достаточно трудно, и преступники это знают. Разумеется, они в курсе технических возможностей современного следствия.

То, что мы имеем сейчас в арсенале МВД и Следственного комитета, не сравнимо с тем, что было в 60-х, 70-х и даже в 90-х годах в России.

Убийства расследуются сегодня порой за 1 день. Когда я пришел в 70-х в Московский уголовный розыск, на место преступления выезжал я один как следователь, хотя я не криминалист.

Мы составляли протокол осмотра места происшествия, пытались собирать улики, но действовали в основном, опираясь на логику. Сейчас на место преступления выезжает большая группа, в составе которой не только следователь, дознаватель, но и эксперты.

По одному волосу, оставленному на месте преступления, можно вычислить убийцу. Раньше такого не было.

В целом, по биллингу телефонов в точке совершенного преступления вычислить убийц достаточно просто. Недавно заказное убийство на Карамышевской набережной, во время которого был ограблен человек, снявший в банке 100 тысяч, было раскрыто за 2 дня – эксперты вычислили по биллингу телефонов разговор заказчика и исполнителя преступления.

– Почему, на Ваш взгляд, стало меньше заказных убийств?

– В 90-х я работал начальником городского отдела милиции в ЦАО Москвы. Заказных убийств было, прямо скажем, много. Были среди них и парадоксальные: генерал-полковник ФСБ Трофимов был расстрелян неизвестными у подъезда своего дома.

И это преступление долгое время не могли раскрыть! Сейчас записи камер наружного наблюдения покажут убийцу моментально. Есть и другой фактор. До «нулевых» было сильно влияние так называемых «воров в законе». Сейчас эта публика – под жестким контролем силовых структур.

Воровство перешло на другой уровень, это коррупционная составляющая. Но это уже другая тема.

– Вы долгое время возглавляли Управление внутренних дел МВД на транспорте. За счет чего сейчас снизилось количество ДТП? Число погибших в автомобильных авариях росло, начиная с 1989 года до 2003 года. Сейчас по сравнению с «пиком» смертей от ДТП (он приходится на 2003 год), этот печальный показатель снизился почти в 2 раза.

– За эти годы были построены десятки тысяч километров дорог с несколькими выделенными полосами. Улучшилось и качество дорог, их покрытие, освещенность. Повлияла на ситуацию и повсеместная установка камер, которые следят за превышением скорости.

В 90-х огромное количество аварий приходилось на МКАД: водители летели там на огромной скорости в темноте, по встречным полосам – все это долгое время было «горячей точкой» нашей транспортной системы.

После того, как там были построены дороги с разделенными полосами, по 4-5 полос, дорога была освещена, установлены камеры, которые следили за скоростью, ситуация в корне изменилась. На сегодня мы имеем парадокс: в сравнении с 80-ми годами число транспортных средств только в Москве увеличилось в 100 раз.

В 80-х в Москве было около двух миллионов автомобилей, сейчас более 8-и миллионов. При этом количество ДТП снижается каждый год. Это – статистика.

– Вероятно, сыграло роль и то, что россияне пересели на более качественные и безопасные автомобили. Сейчас встретить на дороге «Жигули», «Ладу» или «Волгу» – большая редкость…

– Это сыграло существенную роль в снижении количества смертей от ДТП. В отечественных автомобилях не было подушек безопасности, в иномарках, попадающих в ДТП, практически все остаются живыми. Возьмите в качестве примера недавний резонансный случай – ДТП в центре Москвы с участием Михаила Ефремова.

Это было лобовое столкновение на скорости. После него Ефремов вышел из своего джипа как ни в чем не бывало, а водитель фургона, увы, погиб. Был свидетелем, когда в ДТП сталкивались две иномарки и оба водители оставались живыми.

Многие иномарки оснащены не только подушками безопасности, но и амортизирующими рамами, у них алюминиевые крылья и капоты. При лобовых ударах двигатель уходит вниз, под машину. Автомобили сейчас делают так, чтобы максимально обезопасить водителя.

На дорогих машинах последних моделей электроника при столкновении срабатывает таким образом, что руль сам идет в сторону, чтобы спасти водителя.

– Смертность от отравлений алкоголем снизилась почти в два раза, если вести отсчет от 90-х. Какие факторы повлияли на это?

– Сейчас алкогольную продукцию жестко контролируют «Росалкоголь» и Роспотребнадзор. Поток самопального алкоголя фактически перекрыт. В 90-е шел буквально потоком технический спирт из Финляндии и Голландии. Его разбавляли и продавали в бутылках с красивыми этикетками. Было собственное производство спирта низкого качества в Осетии.

Из этого спирта делали самопальную водку, от которой погибали люди. В начале двухтысячных ввели в обязательном порядке экспертизу, контроль и сертификацию алкогольной продукции. Меры против контрафактного алкоголя, насколько я знаю, были приняты на государственном уровне.

В это время я как раз руководил департаментом безопасности Торгово-промышленной палаты Москвы, мы проводили большое количество встреч по поводу контрафакта с государственными структурами.

Сейчас по инициативе Ассоциации ветеранов правоохранительных органов ежегодно проходит всероссийская конференция «Антиконтрафакт», на которой придают огласке все подобные случаи. По последним данным, большое количество не сертифицированной продукции идет сейчас через Белоруссию из других стран. Стараемся реагировать на каждый такой факт.

– Если суммировать все сказанное, можно ли говорить о прорыве России в в борьбе с внешними причинами смерти?

– Я бы не стал идеализировать ситуацию, потому что ее надо рассматривать в сравнении с другими странами. В Европе мы, к сожалению, далеко не лидеры. Но если брать отдельные направления борьбы за жизнь и безопасность людей, я могу утверждать: наша жизнь стала на порядок безопаснее.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter

Источник: https://newizv.ru/interview/10-12-2020/general-mvd-mansur-yusupov-umeret-v-rossii-stalo-gorazdo-slozhnee-i-eto-horosho

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.