Вадим натанович ямпольский дорожный плащ

Вадим Ямпольский. СТИХИ В АЛЬМАНАХЕ

Вадим натанович ямпольский дорожный плащ

САН-МИКЕЛЕ

Сад или кладбище? Бродишь среди цветов —осы и бабочки возле бутонов вьются,если устал от докучных своих трудов —

ляг, отдохни, но, прошу, не забудь проснуться.

Стертые буквы на плитах, полдневный зной,женщины в чёрном, непышные их букеты.Разве возможен какой-нибудь мир иной?

Этим же Солнцем уснувшие здесь согреты.

Ходишь счастливый и думаешь: правда, там —всё и продолжится, только на самом деле.Как не поверить таким безмятежным снам?

Мы уезжаем. До скорого, Сан-Микеле.

* * *Стоит ли нам огорчаться? Конечно, не стоит,осень свои желтоватые скрипки настроитс треснувшим лаком. Аллеи и парки пусты.

Скрипки расстроятся — осень настроит альты.

Слёз не роняя, природа прощается с нами,солнце осеннее спряталось за облаками,листья плывут по серебряной глади пруда —

счастье вернётся, мой друг (никогда, никогда)

всё повторяется (всё безвозвратно проходит),это любовь говорит (это смерть верховодит),это совсем ненадолго, на время, мой друг,

пауза краткая (перед разлукой разлук).

* * *Души бесформенны, души безлики,души зачем-то придуманы нами…мусор сметают с асфальта таджики,

листья вальсируют между домами.

Не утешай себя жизнью грядущей,музыкой вечной, посмертною славой:вот облетевшие райские кущи

между забором и сточной канавой.

Не уповай на бессильное слово,не говори ни о чём с небесами.Разве возможно, чтоб всё это снова
кто-то увидел твоими глазами?

* * *«Береги себя…». Как смешно звучит.Обопрись о земную ось…Рыцарь пал — бесполезный отброшен щит,

да и панцирь пробит насквозь.

И молитва, прости мне, язык мой груб,и надежда — спасут едва.Это в час смертельный слетают с губ

перемолотые слова.

Это эхо в пустых коридорах дней,снег растаявший к февралю.Но никто не тронет любви моей,

и не знает, как я люблю.

* * *Царь Лесной зовёт тебя из детства,нет его, но есть стихи о нём.Это Гёте мрачное наследство

полыхает яростным огнём.

Это конь извилистой тропоюмчится в ночь, не чуя седока.Это то, что мы зовём судьбою,

впереди уже на два шага.

В старых книгах не о том ли речь вся?Вечно скачешь, ужасом гоним.Невозможно скрыться, уберечься,

не расставшись с близким и родным.

Ни покоя, слышишь, ни награды.Царь Лесной глядит из-за ветвей.Сердца стук, попавший в ритм баллады,

навсегда сливающийся с ней.

* * *Стихи исправить ничего не в силах:посмертный слепок промелькнувших дней.Они ушли, хотя ты и любил их,

поблёкший мир не сделался светлей.

Ни нежной нотой, ни богатой краскойне стать сонету — выбери любой.Смешно искать под этой бледной маской

всю гамму чувств, испытанных тобой.

Ни поцелуй, ведь так, ни шум прибоя?Строка к строке подогнана умом.Но вот без них, скажи мне, друг мой, кто я?

И что я знаю о себе самом?

* * *В электричках вся правда, в подземных слепых переходах.В попрошайках, бандитах, бомжах и безногих уродах.В нищей старости, злости, обиде, безумии, смерти.

Не в холсте разлинованном, не на скрипичном концерте.В придорожной траве, почерневшей от смога и грязи,в пустоватой певичке, на сцене дрожащей в экстазе.Во вранье бесконечном, в тоске беспросветной и скуке.

В невозможной надежде, глядящей на небо в испуге.

* * *
Григорию Хубулава

Тот, которого нет, говорит с тобой,дождь смывает с листвы пыльцу,полог неба то серый, то голубой

обращён к твоему лицу.

Воробьи, нахохлившись, вниз глядят,перья вымокли под дождём.Вы чего-нибудь ждёте? Не говорят.

Мы давно ничего не ждём.

Мы бежим куда-то, теряем след,собираем обрывки фраз.И какой-то слабый нездешний свет

иногда настигает нас

ниоткуда. Среди суеты мирской,в самый серый из серых дней.И стоим, охваченные тоской,

и не знаем, что делать с ней.

* * *
Алексею Беляеву

Хороши мы, Господи, или плохи,знаешь лучше, а значит, вопрос не к нам,но собою являем портрет эпохи,

ходим в гости, смотрим по сторонам.

Ухмыляемся, если пошутят плоско,машинально киваем, услышав бред…Словно ожили твари с полотен Босха

и собою заполнили белый свет.

Но на лицах наших в минуты болипроступает правда, бледна, гола,вот и маски сброшены поневоле,

словно крошки хлебные со стола.

И солгать невозможно, и притвориться,и надеяться не на что: видишь Ты.И слетаешь, Господи, словно птица,
слыша голос потерянный с высоты.

в Паровозъ №9, 2019

Скрытое содержание доступно только для подписчиков Lit-Web. Если вы подписчик, авторизируйтесь на сайте. Если еще нет, то приобретите премиум-подписку.

Источник: http://lit-web.net/vadim-yampolskij-stihi-v-almanahe-parovoz-9-2019/

Вадим натанович ямпольский

Вадим натанович ямпольский дорожный плащ

Веронике

Площадь, уходящую под воду,лев с колонны видел сотни раз.Но на ней, как прежде, тьма народу,лиц беспечных, любопытных глаз.Вечности дыханием затронутэтот город, в море вбитый клин.

Даже если все вокруг утонут,значит, он останется один.Запах рыбы, сырости и гнили,улочек причудливая вязь:приезжали, в сумерках бродили,и молчали, за руки держась.

Улыбаясь, на канал смотрели,не могли ни слова проронить…Это было счастье, в самом деле?

Лев крылатый знает, может быть.

***

Страшный суд состоялся, а ты не явился, беспробудным забывшийся сном,одеялом пуховым надёжно укрылся,как в шкафу затаился стенном.А во сне – не какие-то дальние дали:куртки, шапки, рукав, воротник.Спи спокойно.

Тебя на Суде оправдали,целый день изучали дневник:ничего не нашли, ни заначки, ни дури,опечатали, сдали в отдел,удивились, что не было по физкультуре достижений, но ты же болел.Секретарь под столом поправляла колготки,и клонило свидетелей в сон:адвокат приобщил твои детские фотки, где на шапке дурацкий помпон.

Даже строгий Судья улыбнулся украдкой,улучив для улыбки момент.Помнишь, друга в саду угостил шоколадкой?

Это был ключевой аргумент.

Сан-Микеле

Сад или кладбище? Бродишь среди цветов –осы и бабочки возле бутонов вьются,если устал от докучных своих трудов – ляг, отдохни, но, прошу, не забудь проснуться.

Стёртые буквы на плитах, полдневный зной,женщины в чёрном, непышные их букеты.Разве возможен какой-нибудь мир иной?Этим же Солнцем уснувшие здесь согреты.

Ходишь счастливый и думаешь: правда, там –всё и продолжится, только на самом деле.Как не поверить таким безмятежным снам?

Мы уезжаем. До скорого, Сан-Микеле.

***

Души бесформенны, души безлики,души зачем-то придуманы нами…мусор сметают с асфальта таджики,

листья вальсируют между домами.

Не утешай себя жизнью грядущей,музыкой вечной, посмертною славой:вот облетевшие райские кущимежду забором и сточной канавой.Не уповай на бессильное слово,не говори ни о чём с небесами. Разве возможно, чтоб все это снова

кто-то увидел твоими глазами?

***

«Береги себя…». Как смешно звучит.Обопрись о земную ось…Рыцарь пал – бесполезный отброшен щит,да и панцирь пробит насквозь.И молитва, прости мне, язык мой груб,и надежда – спасут едва.Это в час смертельный слетают с губперемолотые слова.Это эхо в пустых коридорах дней,снег растаявший к февралю.Но никто не тронет любви моей,

и не знает, как я люблю.

***

Стихи исправить ничего не в силах:посмертный слепок промелькнувших дней.Они ушли, хотя ты и любил их,поблёкший мир не сделался светлей.Ни нежной нотой, ни богатой краскойне стать сонету – выбери любой.Смешно искать под этой бледной маскойвсю гамму чувств, испытанных тобой.Ни поцелуй, ведь так, ни шум прибоя?Строка к строке подогнана умом.Но вот без них, скажи мне, друг мой, кто я?

И что я знаю о себе самом?

***

…начнёшь опять сначала.
Блок

Умрёшь – родишься в параллельном мире,и там, как в этом, будешь одинок.На переменах бряцает на лиреот делать нечего, румяный Саша Блок.

Сбежишь с уроков, запасешься «Клинским»и сквозь забор глядишь исподтишка,как Саша Пушкин с Женей Баратынскимстреляют мелочь у молодняка.

Вот Гумилёв, отправленный с позоромиз класса, пишет «Аня» на стене,вот Мандельштам, пропахший «Беломором»,вот Ходасевич, трезвый не вполне.Урок насмарку: слышен смех бесстыжий,звонка учитель раздражённый ждёт…Заснув, невольно вздрагивает Рыжий,

когда Довлатов Бродского зовёт.

***

В электричках вся правда, в подземных слепых переходах.В попрошайках, бандитах, бомжах и безногих уродах.В нищей старости, злости, обиде, безумии, смерти.Не в холсте разлинованном, не на скрипичном концерте. В придорожной траве, почерневшей от смога и грязи,в пустоватой певичке, на сцене дрожащей в экстазе.Во вранье бесконечном, в тоске беспросветной и скуке.

В невозможной надежде, глядящей на небо в испуге.

***

Григорию ХубулаваТот, которого нет, говорит с тобой,дождь смывает с листвы пыльцу,полог неба то серый, то голубой обращён к твоему лицу.Воробьи, нахохлившись, вниз глядят,перья вымокли под дождём.

Вы чего-нибудь ждёте? Не говорят.Мы давно ничего не ждём.Мы бежим куда-то, теряем след,собираем обрывки фраз.И какой-то слабый нездешний светиногда настигает насниоткуда. Среди суеты мирской,в самый серый из серых дней.

И стоим, охваченные тоской,

и не знаем, что делать с ней.

***

Алексею Беляеву Хороши мы, Господи, или плохи,знаешь лучше, а значит, вопрос не к нам,но собою являем портрет эпохи,ходим в гости, смотрим по сторонам.

Ухмыляемся, если пошутят плоско,машинально киваем, услышав бред…Словно ожили твари с полотен Босхаи собою заполнили белый свет.Но на лицах наших в минуты болипроступает правда, бледна, гола,вот и маски сброшены поневоле,словно крошки хлебные со стола.

И солгать невозможно, и притвориться,и надеяться не на что: видишь Ты.И слетаешь, Господи, словно птица,

слыша голос потерянный, с высоты.

Страницу рекомендуют:

  • Основные данные:
  • Опыт:
  • Контакты:
  • Биография:
  • Отзывы:

Основные данные:

Реестровый номер: 77/10827Номер удостоверения:

Регион: Москва

Опыт:

Стаж от: Нет сведенийСпециализация: Нет сведенийОпыт в судах: Нет сведенийНаграды: Нет сведений

Звание: Нет сведений

Контакты:

Членство в палате: Адвокатская палата г. МосквыОрганизационная форма:Название организации: Нет сведенийАдрес: Нет сведенийТелефон: Нет сведений

Почта: Нет сведений

Биография:

Образование, отзывы, награды и заслуги адвоката: Ямпольский Вадим Натанович

Отзывы:

Источник: https://akrchel.ru/vadim-natanovich-yampolskij/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.