Олег попов юрист

По следам незримого Тимофея | Олег Попов, Тимофей Кургин, Алексей Козлов | Свежие новости The Moscow Post

Олег попов юрист

Надежда Попова, 10 Декабря 2020 09:33

В Таганском районном суде продолжается процесс по иску Тимофея (Теймураза?) Кургина к The Moscow Post и газете журналистских расследований “Версия”.

Юристы The Moscow Post Варвара Кузнецова и Федор Кравченко подготовили для юристов господина Кургина настоящую “бомбу”: они обнаружили в архивных “развалах” можно сказать, полуистлевшее уголовное дело Теймураза Кургина, который сегодня, по всей видимости, ходит под именем Тимофей.

Делу почти четверть века. 25 лет сначала был похищен, а потом убит депутат Государственной Думы Сергей Скорочкин. И некий загадочный Кургин тогда был признан виновным сразу по нескольким статьям. Но это дело тянулось отчего-то очень долго. Потом истек срок. И Кургин был освобожден.

Но еще в феврале 2002 года Верховный суд в надзорном уголовном производстве рассмотрел это делу по существу, и, согласно картотеке этого производства, одним из обвиняемых по делу депутата Скорочкина мог проходить никто иной, как Тимофей Кургин. Он обвинялся сразу по трем статьям.

Ничего себе находка? Защита г-на Кургина слегка впала в ступор, но, выйдя из этого ступора, как всегда решительно заявила, что этого не может быть, и Кургин никогда не был в роли обвиняемого.

Таганский районный суд согласился с доводами защиты The Moscow Post: он запросит у Московского областного суда, который занимался похищением и убийством депутата Скорочкина 25 лет назад, материалы по этому, когда-то очень громкому уголовному делу.

Получается, г-н Кургин, сам того не желая, разбудил “лихо”, которое сидело тихо: выходит, сам же и достал дело “из склепа”?

Но это далеко не все сюрпризы судебного заседания, которое прошло вчера, 9 декабря. Похоже, что в ближайшее время Тимофею Кургину придется менять всю биографию, вкупе с фамилией, отпечатками пальцев: из его прошлого выплывают пугающие факты. Стоило ли так легкомысленно “подтирать” биографию?

В странном прошлом сегодняшнего успешного бизнесмена Тимофея Кургина разбирался корреспондент The Moscow Post.

“Мертвые” души

Еще одна “находка” юристов The Moscow Post Кузнецовой и Кравченко: человека из дела Тимофея Кургина, “автора” многочисленных публикаций Руслана Джелиева… кажется, не существует в природе. И, похоже, это полностью выдуманный персонаж, так сказать, человек-фантом.

– Мы не нашли никаких следов существования Руслана Джелиева, – рассказывает The Moscow Post Варвара Кузнецова, – есть только имя, фамилия, место рождения. Даты рождения нет. Похоже, что это выдуманный персонаж.

Напомним же суть дела, из-за чего разгорелся весь сыр-бор.

Как утверждали журналисты из АЖУР The Facts известный бизнесмен Тимофей Кургин, похоже, пытается вытравить публикации о своем ярком прошлом: в этом ему помогают адвокаты конторы А-ПРО, PR-менеджеры и некие “золотые” перья в образе, как теперь может оказаться, “привидения” под именем Руслана Джелиев.  

Руководит действиями конторы “А-ПРО” адвокат Олег Попов.

Говорят, что “контора” Олега Попова предлагает своим неординарным клиентам весьма специфическую услугу: “отбеливание” подгнившей репутации при помощи неких нетривиальных приемов.

Правда, за исправление “прикуса” просит серьезных денег, но оно того стоит: клиент получает как бы новую “кожу”.

Олег Попов и Ко при этом клянутся напрочь зачистить поисковики от “нехорошего” контента: сам клиент даже не засветится в процессе судебных разбирательств. И ему не придётся опровергать публикации по существу.

Вот так среди клиентов г-на Попова оказался и вероятно “авторитетный” бизнесмен Тимофей Кургин, который в свое время предположительно мог проходить по делу об убийстве депутата Государственной Думы Сергея Скорочкина.

Имена, пароли, явки

Но сам г-н Кургин, похоже, превзошел г-на Попова в неких феерических фантазиях: за последние годы он наплодил для себя, любимого, столько имен и прозвищ, что суд решил непременно выяснить кто же такой Тимофей – Тимур – Теймура (и т. д.) и какое он отношение имеет к Кургину.

Так или иначе, но судебные разбирательства по иску г-на Кургина к независимым СМИ идут уже не один месяц: Г-н Кургин хочет иметь досье честного человека. И именно поэтому он нанял знатного стряпчего – столичного адвоката Олега Попова, который умеет делать “дырки” на просторах интернета: “убирать” негативную информацию.

На последних судебных заседаниях “команда” г-на Кургина даже сменила тактику и начала, как отметил в своем выступлении Александр Чангли, адвокат со стороны The Moscow Post, заниматься лукавством, доказывая, что Тимофей Кургин и Теймураз Кургин – это два совершенно разных человека. Эти утверждения прозвучали со стороны юриста А-ПРО Антона Воробьева.

Но г-н Воробьев явно запамятовал, что у г-на Кургина в ходу, кажется, есть и третье имя, которым он иногда прикрывается. И представляется, как Тимур Кургин.

“Но лукавство со стороны истца не должно вводить суд в заблуждение”, – резюмировал адвокат Чангли.

Сегодня Тимофей Кургин позиционирует себя как преуспевающий бизнесмен – управляющий партнер компании “Русская лесная группа”, руководитель элитного спортивного клуба “Академия бокса” и президент Фонда + 7.

Конечно, ему нужно “чистое” досье. Возможно, поэтому в СМИ мелькают сразу 3 разных имени господина Кургина? Но юрист Воробьев из конторы адвоката Олега Попова постоянно сообщает, что это совсем разные люди!

Так или иначе, но г-ну Кургину уже удалось почистить Яндекс, в частности, хорошо зачищена история с убийством депутата Госдумы Сергея Скорочкина.

Суд пошел навстречу юристам The Moscow Post, разрешив запросить и Акт судимости г-на Кургина, и возможную смену имен.

Возможно, и тут может случиться очередной сюрприз.

Данила Пашуткин вызывается в суд

Напомним также о роли в деле г-на Кургина некого Д.С. Пашуткина, которого Таганский районный суд, пойдя навстречу ходатайству юристов The Moscow Post, вызывает на заседание в середине января 2021 года. Надо отметить, что суд хочет видеть и Руслана Джелиева, человека-фантома…

Г-н Пашуткин с некоторых пор стал частым гостем в Московском городском суде. И именно после его частых визитов в этот дворец правосудия адвокат Попов и его помощники принялись перелицовывать публикации в интернете.

Всего в “Саквояже” г-на Пашуткина оказались 38 журналистских расследований

А у профессиональных журналистов, занимающихся расследованиями, появились некие, непонятные конкуренты. Эти конкуренты начали нагло пользоваться чужими журналистскими расследованиями в своих, меркантильных интересах.

Среди пострадавших –  несколько известных российских СМИ, которые специализируются именно на журналистских расследованиях.

И, по всей видимости, все эти известные издания, на которые вдруг начало наступать своей жесткой “пятой” надзорное ведомство, так бы ничего не поняли из происходящего, если бы на это не обратили внимание журналисты The Moscow Post

Как говорит Главный редактор The Moscow Post Алексей Козлов некоторые публикации издания оказались в списке юриста Пашуткина. И г-н Пашуткин с этим списком начал перманентно о наведываться в Московский городской суд. Всего в “Саквояже” г-на Пашуткина оказались 38 журналистских расследований.

Но, похоже, что схема, придуманная адвокатом Олегом Поповым, начала давать сбой. Но особо господину Попову удалось “замарать” дело, связанное с похищением и убийством Сергея Скорочкина.

Но все “затереть” так и не удалось!

Дело Сергея Скорочкина

Напомним, что по делу депутата Скорочкина проходил Кургин. Его несколько раз оправдывали присяжные. В 2005 году дело закрыли. Об этом писал “Коммерсант”.

Адвокаты г-на Кургина в суде сегодня оспаривают и этот факт.

И, как утверждают авторы сайта Rnbee, Кургин якобы поддерживает деловые связи с прокурором Москвы Денисом Поповым и заместителем министра МВД Игорем Зубовым.

И все попытки “вычистить” собственную подмоченную репутацию, пока дают обратный эффект: телеграм-каналы наперебой пишут о том, как топорно г-н Кургин “разделывает” СМИ.

И до сих пор в открытом доступе есть публикации о причастности г-на Кургина к похищению депутата. “В похищении Скорочкина из бара “У Виктора” в подмосковном Зарайске, как установили прокуроры, участвовал сын бывшей начальницы отдела дознания Раменского ОВД Теймураз Кургин”, пишет “Коммерсант”.

Сергей Скорочкин был убит в 1995 году

Так что все стереть, к сожалению, не получилось. И вряд ли получится. И г-н Кургин изрядно рискует: как бы из глубин его темного прошлого не поднялись бы новые “чудовища”.

И они поднимаются! Уже во время судебных баталий появились новые публикации об отнюдь не благотворительной деятельности г-на Кургина.

“Ноу -хау под судейской мантией”, – так называлось журналистское расследование, размещенное на сайте The Facts.

Следом на The Facts было опубликовано еще одно расследование “Осиные гнезда” Тимофея Кургина”.

 Кино покажут в суде

И, поскольку, защита г-на Кургина постоянно утверждает, что истец не имеет никакого отношения к убийству депутата Государственной Думы Скорочкина, юристы The Moscow Post попросили суд также приобщить некие доказательства по этой теме, а именно присовокупить еще две более ранние публикации в СМИ – в газете “Коммерсант” и на сайте РИА “Новости”, а также SD-диск с фильмом компании НТВ, 23 выпуск “Жизнь и смерть депутата Скорочкина”(19.05.2000 г.).

Как только представитель The Moscow Post Федор Кравченко озвучил эти предложения, юрист “А-ПРО” Антон Воробьев снова закипятился:

“Возражаю! Это не фильм, это шоу! И в этом видео нет сведений, что истец (Тимофей Кургин) убил депутата Скорочкина. идет 40 минут. И 30 минут это видео рассказывает о Сергее Скорочкине”.

Федор Кравченко спокойно возражает г-ну Воробьеву:

“Это ток-шоу, на котором обсуждалось уголовное дело Сергея Скорочкина. И на этом ток-шоу выступали депутаты Государственной Думы. Суд должен исследовать доказательства, это задача суда. Изучить лица, изображения и сведения, которые опровергает истец. Все эти сведения ранее уже были распространены в других СМИ”.

Суд пошел навстречу юристам The Moscow Post: на следующем судебном заседании будет показан документальный фильм “Жизнь и смерть депутата Скорочкина”.

Остается добавить, что новое судебное заседание в Таганском районном суде по иску Тимофея Кургина к независимым журналистам состоится 18 января 2021 года.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Источник: http://www.moscow-post.su/politics/po_sledam_nezrimogo_timofeya34431/

«Мы приняли вызов»

Олег попов юрист

Информация, в том числе порочащая деловую репутацию граждан и компаний, распространяется в Сети стремительно.

При этом существующий сегодня механизм защиты работает не слишком эффективно: цикл блокировки негативной информации занимает несколько месяцев, а результат очевиден не всегда.

“Ъ” поговорил с президентом адвокатского бюро А-ПРО Олегом Поповым об эффективных инструментах защиты деловой репутации в информационных войнах, перспективах введения уголовной ответственности за оскорбления и других не менее острых проблемах российского бизнеса.

— Сегодняшнее состояние экономической среды таково, что ключевым ресурсом предпринимателя в информационных войнах стала его репутация. Насколько это утверждение верно?

— Современные идеологи, конечно, могут спорить, насколько стройна и убедительна эта концепция, но многое говорит о том, что репутация — единственное благо, которым власть, общество и бизнес еще не пресытились. По сути, репутация — это доверие, а значение этого фактора для бизнеса трудно переоценить.

Многие вещи, сильно влияющие на экономику и благосостояние страны, происходят потому, что люди доверяют друг другу и возникают неожиданные проекты, новые альянсы. Или не возникают, поскольку люди друг другу не доверяют.

В принципе репутация — это ресурс и главное конкурентное преимущество, которое помогает приобрести любые необходимые связи для усиления своего бизнеса.

В силу профессии я регулярно общаюсь с представителями власти, предпринимателями, топ-менеджерами, то есть с состоявшимися людьми разной степени публичности. И я вижу, что их уже не удивить, например, экспертизой в каких-то громких уголовных процессах.

Сегодня их заботит другое — существование в публичном поле информации, которая может пошатнуть доверие к ним их семьи, руководства, друзей или бизнес-сообщества. Это опасение заботит всех очень сильно — общество им буквально гальванизировано, и особенно заметно оно доминирует в сознании влиятельных людей.

Мы вступили в эру новых технологий; хотим мы того или нет, акценты меняются: люди практически живут в собственных смартфонах, и как только про условного бизнесмена выходит негативная статья — остальные его рабочие процессы просто меркнут на фоне попыток максимально санировать информационную среду. А это сделать сложно.

Те же Telegram-каналы сегодня удобный инструмент для формирования «образа врага», зачастую влекущего народное недовольство, и одновременно отдельный институт, который, грубо говоря, возможно регулировать только в ручном режиме.

Порочащие публикации доставляют все больше неудобств их героям, которые понимают: информация сегодня та сила, которая может убить любую репутацию, что уже неоднократно доказано на деле.

— Защита репутации — сравнительно новое направление. Юриспруденция в ее классическом формате пока справляется с ним? И насколько сегодня силен запрос на саму услугу?

— Я вижу, что направление защиты информации востребовано — не в последнюю очередь по изощренным запросам клиентов, которые к нам приходят. Наши клиенты — это люди, которые пользуются услугами «большой четверки» и крупных зарубежных юридических фирм и уже избалованы высоким уровнем оказания услуг.

Надо понимать, что на сегодняшний момент юриспруденция в чистом виде, конечно, интересна клиентам: они воспринимают ее как некий элемент обязательной гигиены.

Но часто случается так, что точка, в которую клиента приводит прагматичный классический юрист, не та точка, в которой ожидал оказаться доверитель, потому что медиавойны — это не юриспруденция.

Частично за результат отвечает сам клиент: если намеренно игнорировать то, что тебя полощут во многих СМИ, через условный год можно получить очень интересный эффект. Консервативный стандарт реагирования здесь уже не работает и медленно сползает в утиль.

Утром наши клиенты открывают страничку в Сети, смотрят, что про них написали, и начинают искать тех, кто способен дать этому понятную оценку.

При этом максимум, который могут предложить пиарщики,— выпуск «поверх» негативного инфоповода новой интересной информации.

Выпустить ее, конечно, можно, и на несколько процентов она даже перекроет негатив, но первоначальный неприятный инфоповод никуда не исчезнет…

Поэтому защита репутации — это достаточно дорогостоящий продукт, и не каждая госкорпорация может себе его позволить, поскольку он очень сложный.

До недавнего времени в России не было соответствующих технологий, а на сегодняшний день не существует ни одной книги, описывающей это направление, и ярких специалистов, способных четко рассказать о положении дел в отрасли и быстро и качественно позаботиться о чужой репутации.

При этом российских бизнесменов независимо от того, входят они в список Forbes или нет, конечно, интересует, что о них пишут в интернете или рассказывают по телевизору, но «классическая» юриспруденция пока не готова делать акцент на этой проблеме.

Недавно президент России поручил администрации и правительству рассмотреть вопрос об усилении ответственности за оскорбление, предложения ожидаются к 1 июля 2020 года. Многие считают, что существующая сегодня свобода слова и «незарегулированность» российского интернета — это демократия.

По мне, такая демократия скорее напоминает мусорный бак, при том что в цивилизованных странах давно принята раздельная сортировка мусора.

Если человек размещает свой контент на официальном интернет-ресурсе, имеет значительное количество подписчиков, он должен нести ответственность за то, что говорит и публикует.

Однако, на мой взгляд, вводить уголовную ответственность за оскорбление сейчас нельзя — слишком много непроработанных юридических тонкостей и деталей, неконкретизированных формулировок и последствий, которым законодатель пока не дал правовой оценки.

Между уровнями общечеловеческой и уголовной морали лежит огромная пропасть, и закручивание гаек может привести к тому, что у людей будет лишняя судимость, суды получат дополнительную нагрузку, а через некоторое время кто-то выйдет и скажет: «Давайте декриминализируем эту статью!» И продолжавшаяся несколько лет рутинная работа будет обнулена.

Сегодня нет такого действия, которое бы не регулировалось нашим Уголовным кодексом, и попытка ввести ответственность за оскорбление может повесить над обществом очередной дамоклов меч.

Я полагаю, что существующий кризис культуры — индикатор морального кризиса и нам скорее следует поднимать общий уровень морали, мозаично выстраивать обновившийся портрет населения России, которое станет мудрее, взрослее, сдержаннее, и тогда в параллели можно вести теоретический диалог об уголовной ответственности.

Сегодняшняя практика по блокировке негативной информации складывается таким образом. К СМИ, разместившему информацию, подается иск, юрист быстро просуживается, получает обеспечительные меры и несет решение в Роскомнадзор. На всю эту процедуру в среднем уходит до полугода.

При этом у вас должны быть хорошие, опытные юристы, квалифицированные эксперты-лингвисты, которые способны снизить вероятность отказа в удовлетворении иска по формальным признакам к минимуму. В Роскомнадзоре вам говорят: решений, как ваше, у нас вагон и маленькая тележка, ждите очереди. А когда через полгода очередь подходит и Роскомнадзор наконец блокирует негативную страницу — вам это уже не нужно.

— Но шансы на то, что ситуация исправится, есть?

— Молниеносно бороться с негативной информацией хотят все, но делать это эффективно могут единицы, а практика защиты репутации — это юриспруденция «на высоких скоростях», и рынок, который пока открыт, нуждается в игроках, выполняющих задачу быстро.

При этом если компания располагает наработанными инструментами и нужной скоростью процессов, она может стать номером один в России и получить доверие высших эшелонов власти, потому что медиавойны не закончатся, они будут только усиливаться.

Поэтому не нужно говорить о структурной перестройке способов защиты репутации — ими нужно заниматься с учетом стремительного развития технологий и возможностей абсорбирования гигантских объемов информации. Общество бурлит, это вызов, и мы этот вызов приняли.

Мы создали этот продукт, и к нам приходят бизнесмены, желающие принять участие в том, что мы делаем. В конечном счете решение, защищать репутацию в медиаполе или нет,— это вопрос стратегии.

— Кроме отсутствия цивилизованных способов защиты репутации какие еще направления международного и национального права, по вашим оценкам, можно назвать проблемными? Каковы пути решения?

— Во-первых, неисполнение Россией решений ЕСПЧ. Россия продолжает оставаться лидером по их числу.

С одной стороны, некоторые решения ЕСПЧ по делам против РФ бьют по экономическим интересам нашей страны, и их исполнение «наталкивается на проблемы» из-за того, что «национальные судебные решения противоречат выводам суда» (как, например, дело ЮКОСа).

И если мы хотим развивать бизнес, видеть в стране инвесторов, мы не можем игнорировать решения ЕСПЧ: никто не будет развивать бизнес в России, понимая, что для нас не существует конечной инстанции, что, по сути, есть правовой нигилизм.

Частичным решением проблемы могла бы послужить попытка собрать аналитику и создать на ее базе некую совместную рабочую группу российских судов и ЕСПЧ, которая бы продемонстрировала, насколько ситуация за последние годы изменилась к лучшему.

Нам привычны обсуждения решений ЕСПЧ в негативном ключе, но сколько было случаев, когда ЕСПЧ подтверждал законность решений, принимаемых российскими судами, и высокий уровень их работы? Положительной аналитике уделяется куда меньшее внимание.

Говоря откровенно, в России не так много денег и основные инвесторы — китайские ли, американские ли — неохотно идут на наш рынок, не доверяя российскому правосудию и понимая, что в любой момент могут лишиться здесь части активов.

Поэтому задача государства и руководства судов — создать среду для обмена опытом и показать положительную динамику работы с ЕСПЧ; показать, что у России нет стремления игнорировать решения суда — скорее есть объективные сложности, с которыми наша страна сталкивается в их исполнении.

Другой сложный вопрос — проверка контрагентов. Внутри страны нарастает нестабильность, и российские предприниматели, работающие на внутренних рынках, все чаще жалуются на сужение пространства доверия.

В таких условиях проверка контрагента является основным действием для предотвращения финансовых и налоговых рисков, при этом ответственность за результаты проверок российская налоговая служба переложила на плечи бизнеса.

На сегодняшний день отсутствует понятный инструмент, работающий институт, в котором предприниматель мог бы получить эту услугу быстро, качественно и недорого.

Представим ситуацию: к вам приходит потенциальный бизнес-партнер. Несомненно, талантливый предприниматель, возможно пользующийся определенным расположением государства.

Или его компания — бенефициар крупнейших государственных заказов, или он имеет доступ к рынкам, закрытым для других… И в попытке проверить его на чистоту и добропорядочность вы сталкиваетесь с проблемой — отсутствием четко прописанных критериев для такой проверки.

Не говоря уже о том, что, собирая о нем информацию без его согласия, вы подпадаете под ответственность согласно положениям Закона о персональных данных. Теоретически, если совместная работа видится обоим выгодной, вы так или иначе проверите друг друга, но такая практика не может продолжаться вечно.

Я считаю, что назрела потребность в структуре, которая будет проводить такой анализ на законных основаниях.

Рынку нужно бизнес-решение, которое поможет пересмотреть традиционные взгляды на анализ информации и фундаментально изменит ландшафт, например выведет вопрос в публичную плоскость, сформирует рейтинги, чтобы при возникновении сомнений человек мог обратиться в структуру и посмотреть, что собой представляет потенциальный бизнес-партнер.

Сегодня подобная финансовая разведка сложна, и не у всех есть возможность ее использовать в силу того, что она обходится дорого. Но даже если у вас есть финансовая возможность — вы не знаете, куда обратиться: предложение оказать услугу можно получить от многих, но определить, кто работает на этом сложном рынке качественно,— задача не из простых.

И даже если вы нашли качественного исполнителя, новый институт необходим для того, чтобы бизнес-процесс сработал до конца и ФНС не могла игнорировать вашего внешнего аутсорсера, который, допустим, входит в топ-10 специалистов бизнес-разведки уважаемого официального рейтинга.

А в качестве мотивации делать качественный продукт и снижения коррупционных рисков можно создать объединяющее экспертов СРО при налоговой службе. В любом случае необходимость в создании централизованного института бизнес-проверок назрела, иначе получается, что ФНС повесила на шею бизнесу очередной камень, не сказав, в каком направлении с ним идти.

Также как уголовный адвокат скажу: помимо известной рынку «регуляторной гильотины» вовсю работает и гильотина по налоговым преступлениям.

Несмотря на то что между выявленным налоговым преступлением и возбужденным уголовным делом по-хорошему должна лежать пропасть, сегодня почти каждая выездная налоговая проверка — это потенциальное уголовное дело, возбужденное в отношении руководителя.

Налоговых доначислений среднего размера вполне хватает на ч. 2 ст. 199 УК или даже ст. 159 УК. И малый, и средний бизнес сегодня находятся в зоне риска.

Нередки случаи, когда налоговая служба выпускает акт о доначислении, предприниматель оспаривает его в суде, а правоохранители возбуждают уголовное дело и предъявляют обвинение параллельно арбитражному процессу.

И даже если ФНС проигрывает дело, в самом обвинении ничего не меняется и человек садится в тюрьму по налоговому составу — санкции за налоговые преступления предусматривают у нас и столь суровые приговоры.

Я считаю, что подобная парадигма налоговой оптимизации и построения бизнеса несет в себе мину замедленного действия.

Я верю, что, если начать снимать избыточное, необоснованное давление на бизнес, мощность экономического и морального благоустройства нашего государства будет нарастать. Думаю, лет через десять все это выльется в бурный поток, а через двадцать мы будем жить в другой стране.

Юлия Карапетян

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/4267267

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.